?

Log in

No account? Create an account

Навигация

Jun. 19th, 2018 | 05:15 pm

Косинский Андрей Станиславович

Академик архитектуры.
Родился в Москве 28 мая 1929 г.


БИОГРАФИЯ


ПРОЕКТЫ:

14 квартал Нагатино. Первый опыт суперграфики (г. Москва)
 
Административно-лабораторный корпус и завод ВТУЗ завода имени Лихачёва (г. Москва)
 
Лабораторный корпус ЦНИИТМАШ (г. Москва)
 
Таганская площадь (г. Москва)
 
Дом творческих союзов (г. Ташкент)
 
Комплекс народных художественных промыслов "Усто-базар" (г. Бухара)
 
Торгово-общественный центр Чиланзарского района (г. Ташкент)
 
Застройка улицы Богдана Хмельницкого (г. Ташкент)
 
Проект реконструкции Старого Города и экспериментального квартала "Калькауз" (г. Ташкент)
 
Национальная баня "Хамом" (г. Ташкент)
 
Здание Лукойл-нефтегазстоя (г. Москва)
 
Жилой дом в посёлке Раздоры (г. Москва)
 
Отель "Югорская долина" (г. Ханты-мансийск)

Храм в память 1000-летия крещения Руси 

Дошкольное учреждение на 160 мест (г. Зеленоград, 2010 г.)

Школа на ул. Миллионной (г. Москва, 2010 г.)

Жилой дом в пос. Косино  (2011 г.)


ИНТЕРВЬЮ:

Интервью для сайта Ferghana.ru
Часть 1.
Часть 2.
Часть 3.

Радио Свобода.
"Города и годы. Ташкент. Город-стиль"
 

Link | Leave a comment |

Слово о венском конгрессе

Jan. 12th, 2013 | 11:26 pm

ХIХ  Венский Архитектурный конгресс

«Советский модернизм 1955 -1991. Неизвестные истории»

Доклад  А.С. Косинского
Моя работа в Ташкенте в в 1966 – 1980 гг.
(В рамках «Последнего съезда  архитекторов СССР».)
                                                         Вена, 24 ноября 2012 года

В 1954 году я окончил Московский архитектурный институт. В 1954 году состоялось Всесоюзное совещание строителей и  «сталинский вампир» в одночасье рухнул.   Осенью 1955 года решением Правительства страны  над Советской архитектурой  сильным хлопком вторично, после 20-х годов, раскрылся зонт модернизма  и мгновенно  началось неудержимое «освоение зарубежного опыта».

Сразу же делегация крупнейших чиновников от  архитектуры отправилась в США перенимать опыт строительства. Столы проектировщиков тут же заполнились «клеточками» Миес ван дер Роэ, круглыми, с арочной перемычкой внутри, окнами Луиса Кана, пятью рецептами Корбюзье, полным набором парниковых покрытий и уступчатых стен японского метаболизма.

 Основным источником вдохновения для советского архитектора стал иностранный журнал.
И для меня - тоже.

Первые мои самостоятельные проекты московских  относительно крупных построек относятся к началу 60-х годов прошлого столетия.
Это были следующие объекты.

- Научный институт ЦНИИТМАШ, проект 1960 г. строительство 1961 – 1966 гг. Проект застройки Таганской площади в Москве, 1965.

image001

- 1) Административно-лабораторный корпус завода им Лихачёва. 1962г. строительство 1963 – 1970 гг.

-  2) Высшее учебное заведение автостроителей «завод – ВТУЗ завода им. Лихачёва», Проект 1964 г. строительство 1965 – 1972 гг.

1) image0022) image003

Тогда же был разработан проект застройки одной из сложнейших московских площадей – Таганской, к сожалению (или к счастью?) нереализованный.

Эти работы дали необходимый проектно-строительный опыт, но за общепринятые тогда рамки не выходили. Больше того, всякие выдумки запрещались. Административный корпус ЗИЛа нам не позволили сделать золотым кристаллом из солнцезащитного стекла: тогда подобного прецедента ещё  не было.  Хотя при первых натурных прикидках это выглядело ошеломительно!

6 июня 1966 года по командировке  МОСГОРИСПОЛКОМА я уехал на 2 года в Ташкент для помощи в восстановлении города, разрушенного землетрясением 1966 гола.  
И проработал там 14 лет.

Ташкент  перевернул все мои представления об Архитектуре.
       Вдумайтесь!

9-тибалльная сейсмика!  Просадочные, лёссовые грунты!  Изуверский климат: летом температура воздуха часто превышает 50 градусов. Перейдя улицу можно получить годовую норму солнечной радиации. В открытом грунте  выпекаются яйца!! Зелени крайне мало. Уже в мае она выгорает и становится серой от пыли! Зима, напротив, сырая,  промозглая, простудная.  И в этой ситуации там строятся кирпичные и панельные четырёхэтажные жилые дома по среднеевропейским  советским нормативам. Температура воздуха в перегревный период в жилых помещениях достигает 32 градусов!!  Традиционный быт не укладывается в рамки современных микрорайонов, он им прямо противопоказан. Естественно, местное население с крайней неохотой туда переселяется.
Вместе с тем  перед глазами старый город.

 Да! Там нет канализации. За водой надо ходить в колонки. Стены из самана. Но как же прекрасен микроклимат этого коллективного жилья, с его арыками, чайханами, тенистыми двориками, увитыми виноградом,  с карагачами в жилых дворах, где живут семейные кланы в оптимальном климатическом и   социальном комфорте при очень высокой плотности населения. 

Как же здесь работать? Где искать архитектуру? В нормативах? В архитектурной периодике? В архаике?  В стилизациях?

В 1967 - 69-х годах мне вместе с учениками-сотрудниками пришлось разрабатывать проект застройки общественного центра крупного Чиланзарского района Ташкента, возводимого на свободных территориях. Градостроительная ситуация этого места, на трассе со стороны въезда в город из Бухары и Самарканда, требовала размещения здесь своеобразного «минарета», некоей высотной доминанты, фиксирующей этот большой район в системе города.
Но!

 Строить дома в 9 балльной сейсмике выше 4 этажей тогда запрещалось. За разрешением на 9-тэтажный дом надо было ехать в Москву.  А здесь  надо было не менее 20 этажей!
Мёртвое дело!

image004image005

И тогда родился проект недопустимо высокого в девятибалльной сейсмике и на просадочном грунте здания  22-этажной  гостиницы, здания,  целиком оторванного от грунта прослойкой воды, своеобразного «дома-поплавка», комбинации из детской игрушки «ванька-встанька» с пароходом, вошедшим в док,  центрично уравновешенного, с гигантским внутренним атриумом, с низким центром тяжести.  Это здание, нечувствительное ни каким сейсмическим толчкам,  весом в 75 тыс. тонн, удерживалось  на плаву прослойкой воды толщиной 2 метра. .    Несколько позже подобные атриумы, будучи реализованными в США, а позже и у нас  получат  названия «портмановских».

nbsp;  Запроектированные на фасадах солнцерезы позволяли в летний зной укрывать здание целиком в тень, а в зимний холод раскрывать его навстречу солнцу, получив с северной стороны даже некие  зеркальные солнцезахваты. Родилась новая, цельная, вполне уместная, вне всяких стилизаций и заимствований,  современная, как будто, национальная  форма.

  Расчёты показывали, что стоимость такого сооружения будет не выше средней стоимости аналогичного 20-этажного дома. Однако тогда общество ещё не было  готово к восприятию подобного решения. Лишь через 30 с лишним лет Фостер построил в Лондоне внешне нечто похожее. И в последнее время появились проекты плавающих домов в Америке. 
    
 Нормативные солнцезащитные системы того времени были не сложны. С юга – горизонтальные козырьки. С востока и запада – вертикальные, раскрытые на север, солнцезащитные рёбра - экраны. Горизонтальные козырьки дают летом нужную тень, открывая окна зимой. Восточные и западные устройства наглухо убирают солнце из помещений равно и летом (что хорошо) и зимой (что плохо). Коробчатые системы промежуточных румбов  целиком от солнца дома не затеняют,  создавая  в помещениях раздражающую светотеневую рябь.  .

       Меридиональное расположение огромного протяженного крупнопанельного 500-квартирного жилого дома вдоль улицы Богдана Хмельницкого в Ташкенте требовало с уличной западной стороны соответствующей солнечной защиты. В июне-июле эта защита после обеда должна была нагреваться до +80-90 градусов, превращая дом в парник.
Так строить дом было нельзя!!

Однако решение было найдено. Вертикальные железобетонные экраны западной стены были, вопреки всем нормам и правилам, раскрыты на южную, солнечную сторону! Но рассчитаны были так, что летнее западное солнце (угол стояния 72*) не попадало на стены и в окна, в то время, как зимнее солнце (угол стояния 26*), проходя мимо солнцерезов в жилые помещения, достигало задней стены западных комнат. Летний нагрев экранов  до тех самых +90*,  вызывал  вдоль них сильный конвекционный вертикальный ток воздуха, который, протягивал сквозь комнаты относительно прохладный воздух из подвала и с восточной уже подохлаждённой стороны дома  создавал комфортное ощущение лёгкого ветерка.  Московские коллеги, которым я показывал этот дом не верили, что в нём нет кондиционеров! В интернете и сейчас можно найти свидетелей тому среди его жильцов. Температура западных комнат в этом 9-этажном доме была  в перегревный период на 5-6*  ниже, чем в южных комнатах 4-этажного кирпичного дома с необходимой солнцезащитой в котором я тогда жил. А там каждый градус на вес золота.

image006


И последнее: Баня - Хамом, - «потеющий дом». 

Восточные бани, бани жаркого климата, потомки римских терм - прохладные. В них нет плавательных бассейнов, нет горячих парных. Мыльные представляют цепь помещений с постепенным поднятием  температуры от +25* в раздевальных и при входе в мыльные помещения и до +40* в самой горячей мыльной. Пол и суфы – мраморные скамьи и диваны для мытья и массажа - обогреваются снизу, из подвала. Их температура на 10 градусов выше температуры воздуха. Прогретое на такой суфе (+50*) тело с радостью принимает восточный массаж в центральном подкупольном мыльном зале при средней (в ряду мыльных)  температуре воздуха. Помещения для релаксации при уличной температуре +50 - прохладные, те же  25 градусов. Там – чай со сладостями. Как же это  достигалось в традиционных постройках?

 До ХХ века бани - хаммом заглублялись в грунт на 2 – 3 метра. Перекрытые куполами  мыльные помещения  для теплоизоляции засыпались землей.  Для освещения в куполах оставлялись  небольшие круглые отверстия... Отопление решалось через подвал, пол и каменные лежанки – «суфы».   Под дальним мыльным помещением размещался очаг. Над ним - котёл с горячей водой. Продукты горения выбрасывались в воздух через подвал и вытяжную трубу с противоположного конца здания: чем дальше от котла, тем прохладнее. Грязные сточные воды удалялись  вдоль стен при помощи открытых гидролотков – своеобразных арыков: сквозь горячий подвал их вывести наружу было невозможно. Очень мало света. Очень грязная  вода. Скользкие мокрые стены.
Очевидно, что так строить было нельзя.

image008image007

Здесь пришел на память древний опыт сохранения прохлады воды на открытой жаре.  Воду оставляли в неполивных керамических сосудах – «хумах» – прямо на открытом солнце! Вода испарялась сквозь поры, оставляя сосуд слегка влажным. Он как бы «потел»,  и, за счёт испарения, оставлял воду прохладной. В бане был применён тот же приём. Гидроизоляции в керамике куполов и сводов не было! Это позволило, за счёт испарения воды сквозь поры покрытий, получить необходимые температуры различных мыльных.

Для прогрева была применена газовая огневоздушная пушка, размещенная в центре нагрузок. Продукты сгорания удалялись через керамические трубы, расположенные  на разной глубине в керамзите  над железобетонным перекрытием подвала, обогревая полы и суфы. Сточные воды уходили через подвал.

Получилась ли архитектура  хамом  «национальной?

В связи с её обликом меня много упрекали в «некритическом заимствовании элементов  архитектуры прошлого», «архаизме», «подражательстве», «откровенной стилизации» и многих других грехах. Положа руку на сердце могу сказать: никаких заимствований и стилизаций там нет. Более того, для меня этот проект был своего рода протестом против всех местных традиций.  Архитектура Востока – интерьерна. Снаружи - только заборы (дувалы), глухие стены домов и резные входы – пештаки,  ворота или двери. Улицы перекрыты от солнца тросником. Вся фантастика арок, решеток, орнаментов, куполов, керамики и т.д. как правило видна только изнутри! Азия не знала сводов (они не выносят сейсмику). Азия не знала плоских куполов – вспомните купола Шер Дор.   В этой постройке вся   традиционная архитектура Азии оказалась  как бы вывернутой наизнанку, обращенной фасадами к улице, став  современным ответом времени  на зов места.

Открытие бани превратилось в общенародный праздник, с освящением (!), жертвенными баранами, с пловом на всю окрестность.

1975 – 79-х годах в Ташгипрогоре под единым руководством была выполнена  силами 4-х проектных мастерских огромная работа в составе 8 проектов  по реконструкции всей старогородской территории Ташкента, и в их числе экспериментального проекта  микрорайона «Калькауз».

К этому времени за спиной коллектива моих учеников и коллег, уже был ряд работ из которых стало понятно, что поиск современных решений лежит не в глобальных архитектурных стилях, не в архитектурной периодике, не в архитектурной моде, но в точных ориентирующих пространственно - временных факторах конкретного места строительства, которые надо познать, пережить, и правильно претворить в архитектуре, глядя на неё, как бы, со  стороны.
С этим мы и взялись за работу.

Сразу после землетрясения, в 1966 году, силами союзных республик, началась спешная замена старых многоэтажных домов новыми, более сейсмостойкими. Когда же, впопыхах, снесли часть территории старого города и на её месте выстроили квартал из 9-ти этажных домов, то оказалось, что  в них  невозможно расселить все семьи, из снесённых  в основном одноэтажных  домов!

Уже в самом начале работы стало понятно, что  в этой работе придётся решать буквально все проблемы, существующие в современной архитектуре. Все! И ещё одну: как быть с саманной, крайне недолговечной традиционной застройкой?  Сохранять? Заменять? Чем? Как?
Два года ушло на обследование всей территории, знакомство с её бытом, с желаниями населения, с состоянием и ценностью жилых образований и памятников.  Собранный предпроектный  материал лёг в основу длительного проектного поиска.

Со временем все решения были найдены. Была предложена градостроительная возможность климатопреобразования городской среды, - за счёт елико возможного удержания внутри неё утренней горной прохлады, разницы температур солнечных и теневых сторон домов и улиц, вертикального обводнения и озеленения домов, по мере возможности сохранения, а где-то и восстановления исторической топографии, отказа от общепринятых городских районов, микрорайонов, от трёхступенчатого бытового и торгового обслуживания, иная разбивка улиц и трасс, иная система транспорта и т.д. и т.п.

Это потребовало на уровне эскизов разработки практически всех жилых и общественных зданий и не в одном варианте. Таким образом на проектном уровне  была показана возможность создания при средней четырёхэтажной застройке плотности населения , превосходящей  ту же плотность для 20 этажей! И это - при значительном повышении комфорта и уровня жизни.

image009

Проект был рассмотрен и согласован на всех уровнях, включая московский. И утверждён.
 Утверждён т забыт!

Лет 10 - 20 тому назад в российских городах начали постепенно приходить во многом к тому, что было найдено в той работе в 1974-78 гг. в Старом Ташкенте.  Хотя она  до сих пор остаётся мало кому известной.

В 1983 году тема пространственно-временного генезиса архитектурной формы вместе с проектными работами ташкентского периода была доложена и получила высокую поддержку (золотую медаль) всемирного бьеннале архитектуры «Интерарх 83».
В 1984 году  была защищена диссертация на тему « Архитектурная форма в  зависимости от факторов места и времени на примере авторских работ 1966– 1980 гг.»

Суть этой диссертации вот в чём.

 В то время понятие «Гения Места», - Genius Lozi, - ещё  не очень проникло в наше общество. Тем не менее, уже в начале 70-х годов я и мои ученики начали понимать, что загадка современной архитектурной формы лежит отнюдь, не в средствах массовых коммуникаций, не под господствующем сегодня зонтом модернизма, функционализма или интернационального стиля, не в классике, не в заимствовании традиционных архитектурных форм или стилей, но в глубинных ориентирующих посылах того самого  «Lozi» - места, и технических возможностей общества своего времени. Работа «в стилях» - не творчество, всего лишь более или менее искусная комбинаторика.

«Стиль», - это не более, чем мода, пусть даже самая высокая. Понятие стиля возникает на послетворческом уровне вторичной работы «по образцам». Художник (креатор) в принципе непредсказуем. Он находит то, что до него другие не знали. Он не следует вкусам,- он создаёт их. Стиль, моду создают  последователи  -  мастера. Именно поэтому стили преходящи, а шедевры вечны.

Бесконечно количество факторов, лежащих в основе архитектурной формы. Среди них основополагающие – пространство и время её создания. Земля - Мать архитектуры.  Её отец – Время. Архитектор – лишь посредник между ними. Его задача: соединить воедино дух и  веления места    с интеллектом и знаниями современного ему общества. Главная задача архитектора – не «организация пространства» но организованность в нем, со всем его богатством, какое бы оно не было. Путь конвергенции природы, созданной Богом, и архитектуры, создаваемой Человеком, неизбежен. Их континуум уже вырисовывается. «Обусловленное» формообразование» непременно должно привести к возникновению форм, порой неожиданных, но в основе объективных и потому точных.

Так чем же я со своими учениками занимался те почти 15 лет? Не знаю. Модернистом я быть  перестал,  в постмодернисты не вышел. Наверное, поэтому в современной архитектуре меня как бы не существует. Может быть это было некое архитектурное диссидентство? И именно потому баню снесли, а улицу Хмельницкого обезобразили, приведя к общему знаменателю?  Как бы то ни было, не лезу я ни под какой зонт. Не я один. Ни Райт, ни Гауди   тоже  ни   под  какие зонты  не лезли.
Тем и утешаюсь.

        Хотя по прежнему нахожу, теперь уже в интернете, очередные «сомнения», которые вызывают мои работы и  публикации 30-летней давности у многих моих коллег.    

        Но  бывает и такое. Это - слово о наших работах тех лет крупнейшего историка и теоретика архитектуры модернизма академика  С.О.Хан-Магомедова,  далеко не сразу понявшего и принявшего эти работы:

         «Рассуждая как теоретик и экспериментируя как практик,  А.Косинский выработал оригинальную творческую концепцию формообразования, в основу которой положил зависимость формы от факторов места и времени и последовательно проводит её в своих публикациях и проектах. Можно полемизировать с отдельными творческими положениями этой концепции, но нельзя не признать, что мы имеем дело с внутренне непротиворечивой, выстраданной автором концепцией, без которой сейчас уже невозможно представить себе архитектуру 70 – 80-х годов.»

        Светлая память Вам, Селим Омарович!

Link | Leave a comment |

Жилой дом в пос. Косино, 2011 г.

Mar. 21st, 2011 | 07:11 pm

Link | Leave a comment |

Школа на ул. Миллионной, Москва, 2010 г.

Mar. 21st, 2011 | 07:10 pm




Больше видов и фотографий, а так же независимый отзыв о школе можно увидеть здесь:
http://arhit.ru/index.php/project/town-planning/public-buildings/69--374-.html

Link | Leave a comment |

Дошкольное учреждение на 160 мест, Зеленоград, 2010 г.

Mar. 21st, 2011 | 07:09 pm

Link | Leave a comment |

Административно-лабораторный корпус и завод ВТУЗ завода имени Лихачёва

Jun. 24th, 2010 | 06:01 pm

 



Link | Leave a comment |

Отель "Югорская долина" (г. Ханты-мансийск)

Jun. 24th, 2010 | 05:59 pm

 
           

Link | Leave a comment |

Застройка улицы Богдана Хмельницкого (г. Ташкент)

Jun. 24th, 2010 | 05:52 pm



          

 

     

Link | Leave a comment |

Комплекс народных художественных промыслов "Усто-базар" (г. Бухара)

Jun. 24th, 2010 | 05:37 pm







Link | Leave a comment |

Проект реконструкции Старого Города и экспериментального квартала "Калькауз" (г. Ташкент)

Jun. 24th, 2010 | 05:29 pm





















Link | Leave a comment |

Торгово-общественный центр Чиланзарского района (г. Ташкент)

Jun. 24th, 2010 | 05:09 pm



    

    

Link | Leave a comment {1} |

Жилой дом в посёлке Раздоры (г.Москва)

Jun. 24th, 2010 | 04:42 pm

   
  

Link | Leave a comment |

Национальная баня "Хамом"

Jun. 19th, 2010 | 06:14 pm

  

Link | Leave a comment |

Храм в память 1000-летия крещения Руси

Jun. 19th, 2010 | 05:54 pm

 

Link | Leave a comment |

ЦНИИТМАШ, Таганка, Монумент в честь 300-летия воссоединения Украины с Россией

Jun. 19th, 2010 | 05:53 pm

Лабораторный корпус ЦНИИТМАШ
Таганская площадь
Монумент в честь 300-летия воссоединения Украины с Россией



Link | Leave a comment |

Здание Лукойл-нефтегазстоя

Jun. 19th, 2010 | 05:50 pm

 

Link | Leave a comment |

Дом творческих союзов

Jun. 19th, 2010 | 05:49 pm

 

Link | Leave a comment |

14 квартал Нагатино. Первый опыт суперграфики

Jun. 19th, 2010 | 05:37 pm

 

Link | Leave a comment |

Биография

Jun. 19th, 2010 | 05:20 pm

 

Косинский Андрей Станиславович

Академик архитектуры.
Родился в Москве 28 мая 1929 г. 


Андрей Станиславович Косинский родился в Москве, в семье советских служащих: Станислава Генриховича Косинского (1900-1938 гг.), репрессированного 1 января 1937 г., и Калерии Александровны Несмеяновой (1905-1975 гг.)  


В 1954 году с отличием окончил Московский архитектурный институт.
С окончания института до 1957 г. работал в ГИПРОГОРЕ, где принимал участие в разработке генеральных планов городов Омска и Сталинграда. Затем, до 1960 года преподавал архитектурную графику и дипломное проектирование в Строительном техникуме Мосгорисполкома.

С 1960 года по 1966 год Косинский работал в архитектурной мастерской №11 управления «МОСПРОЕКТ-1». За эти годы им совместно с архитекторами Павлом Петровичем Зиновьевым и Львом Алексеевичем Соколовым были спроектированы и построены в г. Москве – лабораторный корпус ЦНИИТМАШ, лабораторно-административный корпус завода им. Лихачёва и комплекс корпусов завода – ВТУЗ того же завода. Тогда же тем же коллективом был вополнен проект застройки Таганской площади с полным ярусным разделением автомобильного и пешеходного движения

В 1960 году им был запроектированы и построены 2 жилых квартала в г. Москве, в районе Нагатино, близ исторической усадьбы села Коломенского. В этой застройке был впервые применён приём свободного размещения  цветовых масс красного и светлого кирпипича по фасадам 9-этажныж домов , с ориентацией их в направлении памятников ХY1 века. В дальнейшем этот приём получил широкое распространение в мировой архитектурной практике как «Суперграфика».

В 1966 году Косинский был командирован Мосгорисполкомом на 2 года в Ташкент для оказания помощи в ликвидации последствий ташкентского землетрясения 1966 года. По просьбе правительства Узбекистана он проработал в институте ТАШГИПРОГОР до 1980 года. 

За эти годы под его руководством был разработан ряд проектов, широко опубликованных как в отечественной, так и в зарубежной прессе. Основные из них: проект Дома творческих союзов Узбекистана (1966-1969 гг.), проект комплекса общественно-торгового центра района Чиланзар (1969 – 1970 гг.), проект дома народных художественных промыслов «Усто-базар» для г Бухары (1968-1996 гг.), серия из восьми проектов реконструкции жилого района «Сибзар», в старогородской части Ташкента, в том числе, проект Экспериментального микрорайона «Калькауз» (1974-1978 гг.), потребовавшая на предпроектной стадии серьёзных научных проработок. 

В 1971-1980 гг. авторским коллективом под руководством Косинского бы-ли выполнены проекты и по ним построены: 2,5 километровая улица Бо-гдана Хмельницкого, начинающая город Ташкент от аэропорта, национальная баня «Хамом» в старом городе, реконструировано здание старой крепости, разработаны и введены в действие проекты 9-этажных типовых жилых домов с изменяемой архитектурой фасадов серии 1-ТСП

Работы, выполненные за истекшие годы, позволили Косинскому предложить и ввести в архитетурный оборот: идею гидроизолирующего основания, делающего здание – «дом–поплавок» – вообще неподверженным сейсмическим толчкам (гостиница центра в Чиланзаре); тему «климатических стен», позволяющих снизить в перегревный период на 4 – 6 градусов температуру жилых помещений в сборных железобетонных домах (жилой дом по ул. Б. Хмельницкого в Ташкенте); принцип энергосбегающего дома - «дома – термоса» (дом народных художественных промыслов в г.Бухаре); возможность самоохлаждения здания – «потеющий дом» (баня – хамом в Ташкенте); предложить способы значительного повышения плотности городской застройки без понижения комфорта проживания.

Многие из этих работ были выполнены при авторском участии студентов архитектурного факультета Ташкентского Политехнического и Московского архитектурного института, где Косинский преподавал с 1966 по 1978 и с 1980 по 1990 годы.

С 1980 года, возвратившись в Москву, Косинский руководит проектной мастерской объёмного проектирования института «ГИПРОГОР», заведует научно-проектной лабораторией центрального института теории и истории архитектуры – «ЦНИИТИА», руководит мастерской ЗАО «КАПСТРОЙПРОЕКТ», и проектной фирмой " ЗАО Архитектурная мастерская профессора А.С.Косинкого"

Работая в Москве Косинский углубляет идеи, развитые на азиатской почве. Под его руководством разрабатываются экологические проекты пансионата в Дагестане (идея «дома-парусника», плывущего против ветра) и пионерского лагеря под Геленджиком (тема «пещерного жилища») (1980- 1982гг.), ряд проектов жилых кварталов с высокой плотностью застройки в г. Волгодонске (1982-1988 гг.). Выполнена научная тема высокоплотной малоэтажной городской застройки (1988-1992гг.), реконструировано здание Лукойлнефтегазстроя в г. Москве (1992-1997гг.). В эти же годы построены жилые дома-коттеджи в Подмосковье (2000-2009гг.), отель «Югорская долина» в г. Ханты-Мансийске (1996-2004гг.), выполнены проекты по которым строятся жилые дома и детские учреждения в городах Зеленограде и Москве (2005-2009гг.).

Экспериментируя как практик и размышляя как теоретик, Косинский выработал оригинальный творческий взгляд на архитектурное формообразование, в основу которого положил прямую зависимость архитектурной формы от факторов места и времени. И, как следствие, выдвинул тезис об отказе архитектора-проектировщика от «свободного» формотворчества и об утверждении его в роли «посредника» между природой и обществом. . Изложенная Косинским на II Всемирном биеннале Архитектуры «Интерарх-83», эта  непротиворечивая концепция получила высокое международное признание (Золотая медаль) и в 1984 г. была защищена диссертацией «Архитектурная форма зависимости от факторов места и времени» на соискание учёной степени кандидата архитектуры. В 2011 году был избран действительным почётным членом Международной Академии Архитектуры.  
В 2010 году за участие в экспериментальном спектакле "Я думаю о вас" (реж. Дидье Руис) в составе авторского коллектива награждён премией Золотая Маска.

А.Косинский – автор более 50 публикаций в научно-профессиональной отечественной и зарубежной прессе. Основные из них следующие: 
- О цветовом решении района Нагатино. Строительство и архитектура Москвы №6, 1964;
- Польза! Прочность! Красота? Литературная газета №42, 15.10.1975;
- Ремесло или искусство? Архитектура №14, 11.07.1976;
- В чём же правда архитектуры? Декоративное искусство СССР №6, 1979;
- Гимнастика ума или трепет сердца? Архитектура №16, 01.02.1982;
- Посредник между природой и обществом. Архитектура №16. 31.07.1983.
- Второе международное биеннале архитектуры. Из выступления  А.Косинского. Архитектура СССР №1-2, 1984;
- Не снять ли с полки проект «Калькауз»? Архитектура №23, 16.11.1986;
- От функции к метафунции. Архитектура СССР №1, 1990;
- Архитектура и здравый смысл. Архитектурный вестник АВ: (81) 2004;
- Motivirung der architektonischen Form. Architektektur der DDR №1,1983;
- Ma ci nema architektura prekonavat zemepisne hranice? Ceskoslovensky architect № 1,1982. (совместно с С.О.Хан-Магомедовым)

Литераура:
- С.Базазьянц. Дом творческих союзов. Декоративное Искусство СССР №8, 1968.
- Ю.Яралов. В поисках образа. Архитектура СССР №2, 1971.
- Ю.Яралов. Современность и традиции. Архитектура СССР №2, 1972.
- А.Суздальцева. Масштабность и выразительность крупнопанельного домостроительства. Архитектура СССР№12, 1974.
- Ю.Яралов. Художественный строй советского зодчества. Архитектура СССР №11, 1975.
- В.Стриньковский. Автограф зодчего. Литературная газета 18.06.1975.
- В.Глазычев. Ремесло или искусство? Искусность. Архитектура №19, 19.09.1976.
- Э.Образцов. Невиданность. Строительная газета №78, 30.06.1976.
- Г.Борисовский. Архитектура, устремлённая в будущее. М., Знание. 1977.
- В.Стриньковский. Шародейство. Литературная Газета 28.12.1977.
- А.Зубов. Время и город. Проект Калькауз. Знание – сила №11, 1978.
- В.Орфинский. Витки спирали. Север №6, 1979.
- Б.Андреев. Ташкент. Приглашение к зрелищу. Декоративне искусст-во СССР №7,1979.
- С.Заварихин. Гимнастика ума или вольные упражнения. Архитектура №20, 1982.
- В.Орфинский. Верность творческому кредо – гарант успеха или по-вод для профессиональных нападок. Архитектура №26,20.12.1982.
- В.Орфинский. Закономерности развития архитектуры. Л., Стройиздат. Ленинградское отделение. 1987.
- А.Рябушин. «Странная архитектура» Андрея Косинского. Архитетура СССР, 1990.
- Пространство и время мастера. Автограф СА России №1,Январь-февраль, 2005
- AA actualites. L*architecture d*auyourd*hui №11-12, 1973.
- A.Riabushin. Sudobe a tradicne - dialektika odmietiania. Proekt 7-8/83. Revue slovenskey architekturi. 
- National bath house. Process architecture. Material appears in both English and Yapanese. Contemporary soviet architecture.
- Radomira Sedlakova. Andrey Kosinskiy. Proekt 4/86. Revue slovenskey architektury.

Link | Leave a comment |